logo
 
?

игра типа хитман

И большой-пребольшой привет всем замечательным, удивительным женщинам всего мира, с которыми я с удовольствием общалась и кого я считаю теперь моими подругами, в их числе Эйл, Алекс, Эми, Андреа, Анжела, Асусена, Бабе, Би, Белинда, Бетси, Бренди, Бритт, Кэролайн, Кэтрин, Доун, Гвен, Хана, Джанет, Джен, Дженн, Джил, Кэти, Келли, Айз, Мэнди, Маргарет, Наталия, Николь, Нора, Ольга, Пам, Полина, Райна, Рейзи, Райан, Рут, Стеф, Суси, Таша, Тейлор и Юна. Я прячусь на кухне под столом, прижимаюсь к стене, чтобы он меня не заметил. Сквозь пальцы вижу маму, ее руку на грязном зеленом пледе.

А также всем талантливым, веселым и добрым женщинам (и мужчинам), с которыми я общалась онлайн. Его огромные ботинки с блестящими пряжками останавливаются напротив нее.

«Вот ты где, гаденыш…»Он просыпается от леденящего кровь завывания.

Мне в нос ударяет отвратительная вонь, смесь сигарет и виски.

Я кое-как пережила Третий-день-без-Кристиана и свой первый рабочий день. Мелькали новые лица, я старалась вникнуть в работу. Вот он подходит к моему столу, улыбается, в голубых глазах сверкают искорки.— Молодец, Ана. Не без некоторого усилия я растягиваю губы в подобии улыбки.— Я пойду, если вы не возражаете.— Конечно, иди, уже полшестого.

Он делает глубокий вдох, потом медленный выдох, пытаясь успокоиться, выбросить из ноздрей и из памяти запах дешевого бурбона и вонючих сигарет «Кэмел».

Понуро плетусь к автобусной остановке и размышляю, как же мне теперь жить без моей любимой старушки-«Ванды»…

Да, конечно, я могу теперь позволить себе тачку — красивую, новую тачку. После этой мысли во рту становится горько, но я предпочитаю этого не замечать.

Я включаю плоский телевизор, чтобы звук заполнил вакуум и создал хотя бы некоторое ощущение, что я не одна, но не слушаю и не смотрю. Не сомневаюсь, что все это отослала его секретарша, едва ли сам Кристиан. Разглядываю розы — они роскошные, и у меня не поднимается рука их выбросить. Вот так и проходит моя жизнь: пробуждение, работа, а вечером — слезы и сон.

Небось валяется сейчас на Барбадосе на пляже, потягивает прохладный коктейль. Голос ленивый, скучный, и меня наполняет разочарование. Внизу, прислонясь к входной двери, стоит мальчишка с картонной коробкой и чавкает жвачкой. Я гляжу на карточку, на напечатанные на ней буквы, и пустота в моей груди растет. Сверкающие серые глаза, яркие волосы цвета темной меди…

Из оцепенения меня выводит трель домофона, и я испуганно вздрагиваю. Поколебавшись, нажимаю на кнопку.— Доставка для мисс Стил. Внутри — две дюжины белых роз с длинным стеблем и карточка. Об этом я не рассказывала никому, даже маме или Рэю.

Я вздрагиваю даже от колокольчика в соседней булочной. Сейчас я осталась одна на необитаемом острове, на выжженной войной земле, где ничего не растет, где горизонт темен и пуст. На работе могу общаться со всеми — и ни с кем конкретно. Если я поговорю с мамой, то сломаюсь окончательно — а у меня в душе и так ничего не осталось целого. В среду в обед одолела стаканчик йогурта — первое, что съела с пятницы. Я сижу за компом, просматриваю почту Джека и радуюсь, что эта тупая работа отвлекает меня от проблем.